14 мая 1990 года я навсегда, и это оказалось правдой, покидал Советский Союз.
Моя семья, как и многие другие семьи “лиц еврейской национальности” переезжала на постоянное место жительства в Израиль. Улетали мы из ленинградского аэропорта Пулково и конечно очень волновались.
Проверяли нас строго, особенно тех, кто по мнению пограничников и таможенников мог провести с собой что-то ценное и запрещенное к вывозу из СССР. Мы – я, жена и восьмилетний сын – такого впечатления не производили. Запомнилось, как интеллигентного вида пограничника очень рассмешил мой университетский диплом о получении специальности преподавателя истории и обществоведения. И он мне авторитетно заявил, что в Израиле мне этот диплом точно никогда не пригодиться!

Прошли мы все контроли быстро и ждем себе, что будет дальше. Никаких магазинов Дьюти Фри в Пулково тогда не было, и люди просто сидели и стояли, любуясь прекрасным майским вечером и летным полем. Жена моя вдруг захотела в туалет и уж не знаю по какой причине, но ее почему-то пустили в туалет в зону таможенного контроля, которую мы уже как-бы прошли. Не было ее довольно долго. Пришла она очень тихая и как-то подозрительно оглядывала других пассажиров ,а на лице ее было написано, что что-то произошло. Я конечно спросил:
– Что случилось?
– Потом расскажу – ответила она.

И только в самолете она рассказа мне, что в туалете нашла золотое ожерелье, которое кто-то обронил или просто бросил, боясь, что с ним не выпустят, а то и задержат вообще! Короче, жена моя так испугалась, что не знала, что делать и просто взяла ожерелье в руку и вынесла его из зала досмотра в зал отлета.
Найденное сокровище она сунула в сумочку, которую мы взяли с собой.

golden-necklace

Уникальное скифское золотое ожерелье из коллекции Эрмитажа. Жаль, что мы Такое не нашли!

Пересадку мы делали в Будапеште, где пережили еще одно маленькое приключение – в наших чемоданах обнаружили Оружие !!!
Тут уж мы и про ожерелье забыли! Оказывается, сын наш среди прочих любимых игрушек прихватил с собой детский игрушечный пластмассовый пистолетик и его-то и увидели бдительные работники венгерского аэропорта при просвечивании багажа. Чемодан открыли – оружие изъяли – лекцию о безопасности полетов прочитали – ожерелье никого не заинтересовало.

Мы благополучно прилетели в Израиль. Почему-то из всей суматохи в тель-авивском аэропорту мне запомнились разрезанные на четыре части апельсины, которыми угощали всех вновь вернувшихся на историческую родину! Большинство из нас точно подумало, что апельсины порезали из соображений экономии и только прожив некоторое время в стране, я узнал, что так просто удобнее есть апельсин – чистить не нужно!

Ожерелье оказалось золотым, старой работы. Носить его никто не захотел. Решили мы от него избавиться и продали за бесценок хайфскому ювелиру, старому грузинскому еврею.